Существует два способа творить искусство

Существует два способа творить искусство: брать образы из бездны или от неба.

Образы из бездны брать проще: они зовут и всегда соблазняют своим видом, и тянут со страшной силой.

Чтобы использовать небесные образы, нужно, как я уже говорила, быть невероятно честным и мужественным человеком.

Образы из бездны берут власть над художником и проступают тьмой в его глазах, а также проникают постепенно и все глубже через сердца, глаза, уши, чувства — в слушателей, зрителей, читателей и наблюдателей такого искусства.

Образы от неба крайне редки, большая их часть сосредоточена в религиозном искусстве, потому что без присутствия Бога в душе воспроизводить чистоту и честность невозможно.

Творцы выполняют важнейшую задачу

Если самое главное невыразимо.

Если на глубинах нет слов, одни образы и ощущения.

Тогда задача дать голос, обрести плоть и форму — важнейшая задача в мире. И это под силу только художникам, творцам.

Творцы выполняют важнейшую задачу в мире.

Проводят образы из глубины и выпускают их на свободу.

О вдохновении и его реализации

Фото: cottonbro

Я посмотрела видео одной девушки. На тему творчества и вдохновения.

Она говорила о том, что творчество пронизывает все и вся, что у нее огромное количество творческих планов, что она будет пробовать все, что она нагнет этот мир, сделает нечто величайшее, что всех поразит.

Смотрела я с трудом: девушка все время дергалась. Ни секунды не могла усидеть спокойно. Энергия переполняла ее. Было видно, что тема вдохновения ей очень близка. Да что там, она была полна этим вдохновением.

Когда вас переполняют творческие планы, обязательно реализовывайте их, найдите способ воплотить их в жизнь.

Иначе энергия, данная на реализацию этих планов, так и останется лишь на уровне горящих глаз и дерганого поведения.

Скажу больше. Вам не нужно вдохновение. Вам нужна тишина. И скромность.

Все действительно великие вещи делаются глубоко скромными и внутренне тихими людьми, устойчивыми и трудолюбивыми. В их планы вообще не входит: быть великими, известными или богатыми.

Они лишь трудолюбиво, шаг за шагом, кирпичик за кирпичиком идут воплощать свою мечту. Потому что совершить великое — это не может быть целью. Это неадекватно реальности.

Жизнь часто бьет тех, кто слишком много о себе возомнил. Чтоб поскромнее стали, поадекватнее.

И это еще хорошо если бьет — значит, не все потеряно для такого человека.

Намного хуже и больнее действительное возвеличивание, вознесение на высоту, если человек остался таким же хрупким и неустойчивым — это убьет либо его талант, либо его самого.

Вы не можете одновременно всем существом стремиться к величию и при этом быть действительно великим. Это исключено.

еще «О вдохновении и его реализации»

Как войти в состояние потока?

Фото: julie aagaard

Так, слушайте все.

Поток, о котором вы так много болтаете, не возникает в результате ментальных фантазий или подъема энергии.

Поток — это результат того, что вы делаете каждый день. Как вы работаете для жизни и общего блага.

Когда вы на своем месте и занимаетесь важным любимым делом, то поток возникает автоматически, он есть приз для трудолюбивых, упорных и честных людей.

А у шизотериков не поток, у них массовые галлюцинации.

 

Простой пример. Я пишу каждый день. И множество новых идей и новых мыслей окружают меня. Они сами приходят, я лишь записываю. Я лишь проводник. Единственное что я научилась — отличать стоящие мысли от глупых. Стоящие мысли похожи на рыбок: ты только пытаешься рассмотреть ее, а она уже уплыла, вильнув хвостом. Осталось лишь воспоминание. Вот это вот воспоминание, след я и пытаюсь воспроизвести.

Писать для меня труд, а не удовольствие. Хотя и не без удовольствия, конечно же. Но удовольствие — не главное.

Так вот о потоке.

Идеи для текстов — это своеобразный поток. Возникающий в моей голове. Я, например, картошку чищу или полы тру, а в моей голове сами собой складываются следующие тексты. Моя задача их записать поскорее, и не выпендриваться.

А что произойдет, если я не напишу текст? День ничего не напишу, второй не напишу. Тогда я мгновенно мощно вылетаю из потока. Все. Идеи отрубаются. Голова ватная. Хочется помыслить, а не о чем. Приходится заново вытаскивать себя в состояние проводника текстов.

И еще состояние такое — будто я не сказала многого, что должна была сказать.

Неприятное ощущение. Приходится продираться через эти наросшие слои ненаписанных текстов, несказанных слов. Еще несколько дней уйдет на то, чтобы вернуться в прежний поток. А до этого будут глупые мысли и тексты приходить в голову.

Поток складывается из ваших регулярных усилий и трудолюбия. Иначе вы тут же утрачиваете этот поток.

Как я пишу тексты?

Помню, у Лилии Ким вычитала ее технику получения инсайтов. Она состоит из этапа сбора информации и этапа, когда информация внутренне обработалась, прошла через человека и говорит уже его устами, через него.

Но я вот обнаружила, что для меня эта техника работает только для документальных, публицистических, дневниковых текстов, статей.

А для выдумок я использую другой метод. Слушаю. Жду. Наблюдаю тишину.

еще «Как я пишу тексты?»

Непризнанные при жизни гении

Размышляя о судьбах Ван Гога и Эмили Дикинсон, я стала искать примеры других гениев, при жизни не имевших никакого успеха, а после смерти обретших всемирную славу. И нашла их.

Многие из перечисленных умерли в полной уверенности, что они неудачники; жили в нищете; получали разгромную критику; в них мало кто верил:

Художники

Ян Вермеер
Поль Гоген
Амедео Модильяни
Нико Пиросмани
Константин Васильев
Эль Греко
Генри Дарджер
Ханна Хёх

Музыканты и композиторы

Иоганн Себастьян Бах
Франц Шуберт
Модест Мусоргский
Гектор Берлиоз
Ник Дрэйк
Джефф Бакли

Поэты

Джон Китс
Уильям Блейк

Писатели

Оскар Уайльд
Франц Кафка
Фредерик Стендаль
Эдгар Аллан По
Эмили Бронте
Генри Дэвид Торо
Стиг Ларссон
Сергей Довлатов
Филипп Дормер Стенхоп, граф Честерфилд

Ученые

Грегор Иоганн Мендель
Галилео Галилей
Карл Маркс
Николай Лобачевский
Андре-Мари Ампер
Иван Ползунов
Альфред Лотар Вегенер
Антуан Огюстен Курно
Игнац Филипп Земмельвейс
Александр Богданов
Фердинанд де Соссюр
Александр Федорович Можайский
Николай Коперник
Иоганн Кеплер
Джордано Бруно
Эварист Галуа

Путешественники

Марко Поло

Фотографы

Мэтью Брэйди
Вивиан Майер

*

Теперь вы знаете.

Это все, что следует знать о мнении общества и критике от других людей. Их оценка вашего дела ничего не стоит.

Эмили Дикинсон: «Стихам читатель не нужен»

Эмили Дикинсон, поэтесса

Женщина прожила всю жизнь в родительском доме, не желая покидать родителей и обожаемую сестру. Она не вышла замуж и не родила детей. В ее семье ей позволяли странности. Она сидела дома и писала по ночам стихи.

Ее проблемой было то, что, в отличие от окружающих, она не чувствовала присутствия Бога в своей жизни. Была непокорной, дерзкой и остроумной. Иронично, что влюбилась она в пастора, женатого, и он прекратил отношения.

Таков сюжет биографического фильма «A Quiet Passion» — о жизни поэтессы Эмили Дикинсон. Наверняка вы знаете ее стихи.

1478
Взгляни на время благодарно,
Оно старалось, как могло;
Как нежно озаряет солнце
Все человеческое зло!

Эмили Дикинсон

Фильм медленный и тягучий, персонажи разговаривают афоризмами, за весь фильм практически ничего не происходит. И, тем не менее, он прекрасен. Стихи тихой затворницы на фоне спокойного размеренного течения жизни. Смерть и любовь.

Диалоги из фильма «A Quiet Passion»:

(о жене пастора):
— Ее жизнь безупречна.
— Она вообще не живет! Она слишком инертна для этого!

— Жизнь любого поймает, Эмили. В конце концов, мы всегда становимся теми, кем всегда боялись стать.

— То, чего жаждет твой дух.
— И что же это?
— Правда. Или опыт.

— Только сок правды можно назвать поэзией.

(о сестрах Бронте):
— Что вы нашли в этом йоршкирском унынии?
— Красоту правды. Поэзию обыденного.
— Ну почему нельзя писать о чем-то полезном?
— Если бы они хотели быть такими, то занялись бы вязанием.

Эмили напоминает мне другого столь же чистого и самоотверженного художника Винсента Ван Гога. У нее была утешительница — сестра Лавиния, у него любящий брат Тео. Их судьбы похожи. Оба были предметом насмешек и отчуждения, оба не получили признания от публики и слышали много критики. Оба продали слишком мало своих работ, чтобы почувствовать себя небесполезными. Они умерли, испытывая горечь от несбывшихся надежд. И оставили после себя прекрасное тонкое искусство.